В ноябре 1967 года на обложке журнала «LIFE» появилась фотография из серии «Советская молодежь» («Soviet Youth») фотографа Bill Eppridge, замечательная серия портретов, запечатлевших лица, моду, жизнь и дух того времени в целом.
Может быть, кто-то вспомнит себя в юности, а кто-то посмотрит, какими были его родители, но, вероятно, все найдут в этих снимках что-то свое, близкое.
Originally posted by at Катастрофа СССР была управляемой
Так считал выдающийся русский философ Александр Зиновьев. Его беседа с журналистом Виктором Лупаном состоялась в Берлине и была опубликована французской газетой «Фигаро» 24 июля 1999 года. Спустя более чем десятилетие с момента публикации стали особенно очевидны и точность данных Зиновьевым оценок, и их пророческий характер.
Последняя тема вызвала жаркую дискуссию, продолжающуюся по сей день. Там прозвучала одна важная мысль, которую я просто обязан извлечь и развить отдельно, т.к. вижу, что эта проблема вызывает самоё настоящее замешательство. 
10 ноября 1982 года я должен был взять в 9 часов бумагу в лаборатории МЭИ на Никитских воротах и отвезти ее на Авиамоторную. Где-то в 11 часов я делал пересадку на станции метро "Кузнецкий мост" и обратил внимание на повышенное наличие молодых людей с надписью КГБ на лбу. Но они как-то стеснялись демонстрировать свой лоб, а уж то, что у них не было оружия, было почти очевидно. Я сразу понял, что кто-то умер - чай не в первый раз, не зря это время называлось пятилетка пышных похорон, - но расклад не меняется. Естественно я подумал на Щелокова, который как я уже тогда догадывался, не задолго до этого пошел ва-банк и проиграл вчистую Юрию Владимировичу поистине смертельный бой за власть над одной пятой части суши ( с учетом стран социалистического содружества). Ясно было, что ближайшее окружение Брежнева и вообще те, кто делали ставку на МВД и партаппарат, теперь как минимум перейдут к обороне и КГБ окончательно оттеснит КПСС от роли авангарда рабочего класа. В метро я попытался обдумать то, как эта гипотеза повлияет на войну в Афганистане, поскольку тогда это была единственная проблема, которая волновала советских людей не по детски и не с абстрактных позиций. 
